Валентин Катасонов: «Низкая безработица» министра Решетникова — это трагедия 4−5 миллионов россиян, но он их проблемы в упор не видит

У нас немало ведомств, имеющих отношение к экономике. Но самым главным, по определению, является Министерство экономического развития Российской Федерации. Именно оно должно определять экономический курс страны и вести за собой все другие ведомства экономического блока страны (Минфин, Минпром, Минэнерго, Минтруда, Минприроды, Минсельхоз и др.).

Но, как я уже ранее писал, Минэкономразвития предпочитает заниматься «астрологией» — прогнозами социально-экономического развития России на среднесрочную перспективу (трехлетний период). При этом прогнозы никогда не сбываются. Но это почему-то не заставляет задуматься наших чиновников, что пора переходить от «астрологии» к реальному управлению экономикой на основе директивного планирования.

Для министра экономического развития занятия «астрологией» намного интереснее. Особенно учитывая, что никакой ответственности за несовпадения прогнозов с реальностью «звездочеты» их Минэкономразвития не несут.

Читайте также

Чудовище ипотеки: элитная недвижимость будет приобретаться за счёт простых налогоплательщиков Состоятельных сограждан Минфин в обиду не даст

Но эти «звездочеты» не только не способные предсказывать будущее, они даже не очень понимают, что происходит в экономике на сегодняшний день. В частности, нынешний министр экономического развития Максим Решетников, по моему мнению, пребывает в каком-то четвертом измерении, когда он рассуждает на темы занятности и безработицы в России.

Я уже неоднократно писал о том, что наши чиновники с гордостью говорят о низкой безработице в России. Они называют цифры — 2,3 или 2,2%. Это месячные показатели того, что они называют «безработицей». Забывая добавить, что это безработица «регистрируемая». Речь идет о численности граждан, зарегистрированных в центрах занятости (раньше они назывались биржами труда).

И, как отмечают специалисты, граждане регистрируются не для того, что найти работу через центр занятости, а для того, чтобы получать в течение нескольких месяцев пособие по безработице. Показатель регистрируемой безработицы — лишь верхняя часть гигантского «айсберга» резервной армии труда России.

Что касается Максима Геннадьевича Решетникова, то он вроде бы должен понимать все эти тонкости статистики, в том числе статистики труда. Ведь он имеет диплом экономиста и ученую степень кандидата экономических наук.

Но он, как и прочие чиновники, везде оперирует показателем зарегистрированной безработицы, выдавая его за показатель общей безработицы. Решетников верит (или делает вид, что верит?), что безработица в России низкая. На Питерском международном экономическом форуме в этом году министр вновь повторил: «У нас уровень безработицы низкий».

Но самое удивительное, что Максим Геннадьевич (в отличие от других чиновников) этому не очень радуется, он этим явно озабочен. Уровень безработицы в России, по его мнению, является «экстремально низким». Максим Решетников в интервью «Вестям» в конце июня нынешнего года отметил: «Что бы мы там ни говорили, как бы мы там ни слушали, и какие бы новости ни появлялись, уровень безработицы 2,2% является экстремально низким и говорит о том, что действительно есть дефицит труда в экономике. И на это надо реагировать».

Удивительно слышать, что низким уровнем безработицы озабочен государственный чиновник в ранге экономического министра. Обычно по поводу низкой безработицы сетуют капиталисты. Им нужна высокая безработица: превышение на рынке рабочей силы предложения над спросом способствует понижению заработной платы. И, следовательно, повышению прибавочной стоимости (прибыли).

Как собирается реагировать министр на низкий (как ему кажется) уровень безработицы? — Во-первых, активно внедряя искусственный интеллект (ИИ): роботы будут замещать живых людей.

Во-вторых, привлекая мигрантов для работы в России. В частности, на сессии «Российская экономика через 10 лет» форума «Альфа-Саммит» Максим Решетников заявил: «Без миграции нам экономический рост тоже обеспечить, наверное, будет сложно, поэтому нужна разумная и выгодная миграция…»

На заседании комитета Госдумы по экономической политике в прошлом году глава Минэкономразвития призвал расширить географию импорта рабочей силы: «Все развитые страны активно привлекают трудовых мигрантов. Другой момент, что нам, наверное, надо не только зацикливаться на тех странах, из которых мы привыкли привлекать мигрантов. Нужно смотреть новые абсолютно страны».

В качестве примера Решетников привел Мьянму, где «при численности населения 55 млн человек экспортируют трудовых ресурсов 6 млн человек».

Вдумываемся в то, что предлагает господин Решетников: в отечественной экономике должны трудиться роботы, а также мигранты из Средней Азии, Мьянмы, Индии и других стран Востока. А граждане России должны переходить в разряд безработных.

И вот последний пример «озабоченности» министра низкой безработицей в России. Представляя в правительстве прогноз социально-экономического развития на 2027 год и на плановый период 2028 и 2029 годов, Максим Решетников отметил: «Ограничителем остается рынок труда, где безработица на всем прогнозном периоде остается на весьма низком уровне».

Естественно, в представленном правительству документе приведены прогнозные цифры не общей безработицы, а лишь безработицы регистрируемой. Вот они: 2026 год — 2,4%; 2027 год — 2,7%; 2028 год — 3,0%.

Они несколько выше последнего значения показателя на август 2026 года (2,2%). Итак, исторически низкий уровень безработицы остается ограничителем для российской экономики. Вероятно, Максим Геннадьевич планирует внести свою лепту в хотя бы небольшое увеличение показателя безработицы в ближайшие три года.

Давайте отвлечемся от астрологических и статистических фантазий министра экономического развития, спустимся на грешную землю сегодняшней России. Отечественная экономика стагнирует. По итогам 2026 года прирост валового внутреннего продукта (ВВП) не превысит 0,6%. Это микроскопическое значение- в пределах статистической погрешности.

Читайте также

Валентин Катасонов: Минэкономразвития РФ легко повелевает мировой экономикой, а вот с российской как-то не клеится За экономику России отвечают «астрологи», вместо планов оперирующие прогнозами

Уже в прошлом году прирост ВВП составил лишь один символический процент. Траектория экономического замедления сохраняется. Не очень вдохновляют даже цифры прироста ВВП, которые содержатся в представленном на правительство прогнозе на ближайшие три года. В 2027 г. — 1,4%. А в 2029 г. — аж 2,4%. А вот, например, Международный валютный фонд дает прогноз прироста мирового ВВП на следующий год в 3,1%.

Казалось бы, после представления подобного прогноза на заседании правительства власти должны были прийти в крайнее волнение. И обсуждать не прогноз, а пути преодоления стагнации, которую нарисовало Министерство экономического развития. Но заседание правительство прошло ритуально, без каких-либо эксцессов. Видимо, во властных структурах уже давно привыкли к тому, что российская экономика катится по наклонной.

Никаких реформ, никакой мобилизации, никакого директивного планирования там наверху никто не предлагает и предлагать не собирается. В своей недавней статье я писал о резонансной истории увольнения главного экономиста ВЭБ Андрея Клепача.

В ней я писал о том, что А. Клепач делит всех экономистов на «правильных» и «настоящих». От себя добавлю: ярким примером «правильного» экономиста является нынешний министр экономического развития Максим Решетников.

Видимо во властных структурах сегодня остались уже исключительно «правильные» экономисты, если они уже никак не реагируют на просматриваемые в прогнозе Минэкономразвития признаки стагнации и риски обвала российской экономики.

При сохраняющейся стагнирующей динамике российской экономики снижения безработицы (чего так боится Решетников) быть не может.

Кстати, интересно, а представляет ли себе господин министр, каковы реальные масштабы безработицы? Напомню, что кроме регистрируемой безработицы есть еще скрытая безработица.

Она выражается в неполной загрузке официально оформленных работников в разных отраслях российской экономики. В частности, следует учитывать потери рабочего времени при простоях, не зависящих от работника. Неполная занятость выражается также в виде сокращенного рабочего дня и/или сокращенной рабочей недели.

Также принудительное нахождение работника в отпуске (порой совсем не оплачиваемом). Есть и вообще «мертвые души»: оформление на работу лиц, которым нужен только стаж (например, предпенсионеров). И т.п.

Читайте также

Лево руля! Китай раскулачивает сверхбогатых, а Россия ощипывает бедных Кремлю придётся присмотреться к социально-экономической программе коммунистов

В целом скрытая безработица растет. По оценкам, в этом году она достигнет величины, которая эквивалентна 4−5 миллионам полностью занятных работников.

У нас еще есть громадная армия так называемых «самозанятых» (более 15 миллионов человек). А ведь добрая половина этой армии — частично занятые. Это тоже скрытая безработица.

Есть у нас также целая армия людей здоровых и трудоспособных, которые не относятся ни к категории «зарегистрированных безработных», ни к категории «официально работающих» (по трудовому договору с работодателем), ни к категории «самозанятых». Люди, которые нигде не работают, не ищут работу и даже не делают вид, что они работают или ищут работу. Эту группу граждан я бы назвал популярным в советское время словом «тунеядцы».

Сейчас их уважительно называют «рантье». Они живут на доходы от ценных бумаг, сдачи недвижимости в аренду, проценты по банковским депозитам и т. п.

Есть у нас также миллионы и миллионы граждан, которые достигли пенсионного возраста, но вполне трудоспособны и желают работать. Но их желания не реализуются, найти работу удается немногим ветеранам труда.

И молодые, и пожилые ищут работу месяцами, иногда годами, но без особого успеха. Это называется «застойной безработицей». Только что «Известия» со ссылкой на Росстат сообщили, что к лету нынешнего года число тех, кто не может трудоустроиться более года, выросло за год почти в полтора раза — примерно до 226 тыс. человек (очевидно, что реальная величина застойной безработицы намного выше, приведенная цифра — результат лишь выборочного опроса).

Еще раз повторю то, о чем говорю регулярно: трудовой потенциал России очень сильно недоиспользуется. Министру экономического развития следовало бы сосредоточиться на том, как повысить степень использования этого потенциала. А он переживает по поводу низкой безработицы в России.

Я бы порекомендовал министру заглянуть на сайт Международной организации труда (МОТ), где по странам мира приведены данные по показателю, называемому «Labor force participation» (LFP). Его можно перевести как «уровень занятости населения». Показатель представляет собой отношение численности официально занятых в экономике к численности населения в возрасте от 15 лет и старше (в процентах).

Понятно, что показатель никогда не будет равен 100%. Потому что среди населения в возрасте от 15 лет есть учащиеся, инвалиды, законно отдыхающие пенсионеры и люди, не работающие по другим причинам. В рейтинге МОТ по показателю LFP первые строчки занимают такие страны, как Швейцария (83,7%), Германия (80,4%), Великобритания (79,1%). В целом по странам Еврозоны показатель составляет 75,9%.

А Россия в этом рейтинге находится где-то посередине с показателем 63,0%. Где-то рядом с Россией находятся Соединенные Штаты (61,6%), Япония (64,1%), Бразилия (62,2%). Если сравнивать Россию с Швейцарией и большинством стран Европы, то следует признать, что у нас трудовой потенциал используется очень слабо. И это при том, что мы уже пятый год ведем спецоперацию.

При этом господин Решетников сетует по поводу того, что в России низкая безработица, которая якобы опасна для экономики. На мой взгляд, для российской экономики большую опасность представляет нынешний министр экономического развития.