Державная смехопанорама

Активист Михаил Шаповалов встал позавчера в Саратове с плакатом «Путин, пiдрахуй последние дни свободы». «Посчитай дни» — имел он в виду, используя двусмысленно звучащее на русском языке украинское словечко.

Саратовские полицейские украинского языка не знают. Зато русский язык знают прекрасно и сочетание трех последних букв в слове «пiдрахуй» зафиксировали сразу. Ну и задержали человека — чего не задержать-то? Время непростое, страна в кольце врагов, американский госсекретарь вчера вообще в Кремль пробрался. Лучше уж перебдеть, чем недобдеть. Судья тоже не особо вникал в трудности перевода и выписал активисту сутки ареста за «мелкое хулиганство».

С одной стороны, попахивает международным конфликтом. Официальному Киеву впору возмутиться тем, что российские суды трактуют использование украинской речи как административное правонарушение и сажают за это в изолятор.

С другой стороны, суды наши, вероятно, в конфликте и с русским языком. В «великом и могучем» тоже ведь немало слов с крамольным сочетанием букв, употребление которых рядом с фамилией президента может быть расценено как политическая провокация.

Ну вот встанет завтра у Администрации президента человек с плакатом «Путин, не психуй», например. Или к приемной Госдумы придут граждане с лозунгом «Хватит нас оскорблять». А если «Единая Россия» по недомыслию развернет у Белого дома плакат «Правительство, подстрахуй»? Пора, наверное, наравне с федеральным реестром экстремистских лозунгов составлять официальный список слов, запрещенных к использованию в сочетании с фамилиями руководителей государства.

Вообще, у этой власти есть уникальная способность. Она невероятно талантливо клеит себе на лоб ярлыки. Сначала «Единая Россия» крикливой реакцией на фразу «партия жуликов и воров» намертво прикручивает это обидное определение к своему логотипу. Потом Дмитрий Медведев усилиями своего пресс-секретаря становится для блогеров просто Димоном. Теперь вот — «Путин Пiдрахуй».

Авторитарная власть может себе позволить многое. Она может быть снисходительной, просвещенной и даже доброжелательной. Для этого нужно, чтобы находящийся во главе страны человек пользовался доверием абсолютного большинства населения и был по-настоящему легитимен.

Авторитарная власть может быть жестокой и репрессивной. Ресурс насилия необходим диктатору, когда он утрачивает легитимность и сохраняет рычаги управления, физически устраняя конкурентов и запугивая своих критиков.

Но автократия не может себе позволить быть комичной — это исключено. Диктатор, над которым смеются, которого перестают бояться, становится карикатурой на самого себя.

Отправленный за решетку Шаповалов неожиданно для себя выйдет на свободу героем, которого весь день обсуждают в блогах и социальных сетях. Выйдет тем самым парнем, который крикнул, что король — голый.

Он дал повод в очередной раз посмеяться над властью. Он показал, насколько запугана эта власть, все еще пытающаяся казаться грозной и монолитной.

Сколько уже было подобных комичных эпизодов за последние месяцы? То прокуратура заподозрит в пропаганде гомосексуализма производителей молока за размещение на пакетах радуги. То Путин со стерхами в теплые края летит. То журавлиный парк объявят иностранным агентом.

Политический процесс в стиле смехопанорамы.