«Тайфун» превратился в ад. Разведка сработала отлично

85 лет назад, 30 сентября 1941 года началось наступление немецко-фашистских войск на Москву. Эту операцию фашисты назвали весьма пафосно: «Тайфун», что означает ураган огромной силы, с мощными разрушительными последствиями. Впрочем, не смотря на всю патетику, с названием они не ошиблись: дойди этот «тайфун» до столицы последствия могли быть самыми трагическими.

Но он не дошел. Битва за Москву стала крупнейшим стратегическим сражением Второй мировой войны. В нем с обеих сторон участвовали в общей сложности более семи миллионов человек.

«Когда меня спрашивают, что больше всего запомнилось из минувшей войны, я всегда отвечаю: битва за Москву». Эти слова принадлежат Маршалу Победы Георгию Жукову.

Крах у стен советской столицы показал немецким генералам, что блицкриг провалился. Солдат вермахта Фольтгеймер писал жене в декабре 1941-го: «Здесь ад. Русские не хотят уходить из Москвы. Они начали наступать. Каждый час приносит страшные для нас вести. Умоляю тебя, перестань мне писать о шёлке и резиновых ботиках, которые я обещал тебе привезти из Москвы. Пойми, я погибаю, я умру, я это чувствую».

Читайте также

«В кабинет вошел молодой человек чекистского типа — взгляд исподлобья, безмерная самонадеянность» Карающий меч ЧК-НКВД много голов снес в Разведуправлении

Однако в последний день сентября, когда 2-я танковая группа генерала Гудериана двинула свои бронированные машины против частей Брянского фронта, было еще далеко до тех декабрьских дней, когда немецкий солдат поймет: ему не до шелка и резиновых ботиков, он попросту погибает.

Важно, что еще 28 сентября удалось установить первые признаки непосредственной подготовки немецко-фашистских войск к наступлению. Была вскрыта дислокация гитлеровских аэродромов в Духовщине, Смоленске, Климовичах, Унече. Надо отдать должное — главную роль здесь сыграла радиоразведка.

А 30 сентября радиоразведчики Западного фронта зафиксировали возрастающую активность разведывательной и бомбардировочной авиации противника. 1 октября удалось установить наращивание сил ВВС Германии на аэродромах Могилёва, Смоленска и Жлобина.

Так в бой вступила радиоразведка. В битве за столицу нашей Родины разведку немецко-фашистских войск вели воины 474-го и 480-го дивизионов, 151-й отдельной радиостанции ОСНАЗ Западного фронта, 347-й дивизион Брянского фронта. В январе 1942 года к ним присоединился 339-й дивизион Калининского фронта.

На фото: подполковник Иван Серегин, командир 474 отдельного радиодивизиона ОСНАЗ (Фото: из архива автора)

Малоизвестен факт, что в битве за Москву основную нагрузку по вскрытию вражеских войск вынесли радиоразведчики. Начальник разведки Западного фронта генерал Тарас Корнеев напишет: «Главную роль в обнаружении наступательных группировок выполнила радиоразведка Западного фронта… К этому времени значительно лучше стали работать авиационная и другие виды разведки, но первенство во вскрытии оперативных и тактических резервов противника принадлежало радиоразведке».

Пожалуй, это единственный и уникальный случай в истории Великой Отечественной войны, когда главная роль отдается именно радиоразведке.

Противник создал крупную группировку войск

В сентябре 1941 года на основании донесений радиоразведки командованию был сделан доклад о развертывании трех группировок немецко-фашистских войск, готовых к наступлению на Москву.

Части и подразделения одной из группировок располагались в районе Бобруйска, Мглина, Унечи, танковые войска — в районе Шостки.

Во вторую группировку входила 9-я армия, со штабом в г. Велиже, что в Смоленской области, и 3-я танковая группа, сосредоточенная в районе Духовщины и Андреаполя.

В районе Смоленска, Рославля, Починка, Монастырщины были вскрыты войска третьей группировки.

На основании этих данных командование Западного фронта 25 сентября 1941 года отправило в Ставку первое донесение, а 26 сентября — второе донесение с указанием конкретных районов сосредоточения врага.

В ходе этой работы разведчики отслеживали также рубежи, достигнутые фашистскими войсками.

Следует отметить и еще одну важную особенность. Как сказал мне однажды генерал-майор Юрий Мажоров. «Немцы с видимым пренебрежением относились к нашей радиоразведке. Сплошь и рядом первый и второй год войны шли передачи их разговоров прямым текстом, без зашифровки. И только в 1943 году они ввели жесткое ограничение на работу с открытым текстом».

Что ж, такое «пренебрежение» было нам на руку. Уже в октябре 1941 г. части ОСНАЗ Западного фронта начали вести регулярный радиоперехват открытых переговоров пехотных и танковых частей 3-й и 4-й танковых групп, 4-й и 9-й полевых армий «Центр», участвовавших в операции «Тайфун».

Активное освоение сетей радиосвязи противника позволила выработать стройную систему перехвата открытых переговоров в тактическом звене гитлеровских войск.

Документы, добытые на фронтах

Поистине неоценимый вклад в дело изучения организации и тактики радиосвязи фашистской армии внесли документы, добытые нашими солдатами и офицерами на фронтах, и представляющие огромную оперативно-стратегическую ценность. Речь идет о трофейных материалах по радиосвязи, которые определяли порядок назначения и смены позывных, частот и указывали их принадлежность к определенным воинским частям.

На фото: полковник Вениамин Мухин, радиоразведчик, участник обороны Москвы (Фото: из архива автора)

В достаточно толстом книжном томе, который представляла собой таблица «Д» были сведены воедино тысячи позывных, расположенных по строкам и вертикальным колонкам. Серьезное изучение этого документа дало свой результат — удалось «привязать» позывные радиостанций к штабам дивизий, корпусов, армий.

10 октября радиоразведчики вскрыли дислокацию штаба 2-й армии, на следующий день — штаба 4-й армии.

А вскоре радисты дивизионов ОСНАЗ пошли еще дальше. 14 октября в составе 4-й немецкой армии было обнаружено соединение, которое прежде действовало против войск Ленинградского фронта. Стало понятно, что фашисты перебросили под Москву дивизию, сняв ее с Ленинградского направления.

23 октября подобное повторилось на Калининском направлении. Радиоразведкой была обнаружена часть из состава 41-го механизированного корпуса. Ее так же передислоцировали из-под Ленинграда.

С 24 октября отчеты радиоразведчиков изменились: появились первые признаки того, что противник выдыхается, истощаются его силы и он начинает переброску резервов.

25 октября «слухачи» частей ОСНАЗ засекли радиосеть 19-й танковой дивизии. Ее перебросили с осташковского направления под Малоярославец. Начиналась большая перегруппировка войск.

Интересен тот факт, что радиоразведке Красной армии в этот сложный период удавалось не только раскрывать направления переброски сил и средств, их концентрацию, но и состояние войск. В, частности, удалось узнать, что немецкие войска, наступающие на калужском и тульском направлениях в условиях распутицы и бездорожья, при недостатке автотранспорта вынуждены переходить на конную тягу. А это означало, что их поступательное движение нарушено.

Читайте также

Границы СВО: какие исторические земли могут вернуться в состав России Почему сегодня выгоднее иметь дружественные режимы по периметру

Во многих танковых частях потери оказались настолько большими, что пришлось среди армейских шоферов искать бывших танкистов и пересаживать их на боевые машины.

29 октября радиоразведка доложила командованию фронта информацию о сосредоточении нескольких отрядов бомбардировочной авиации на аэродромах близ Ярцева и Вязьмы. Это говорило о том, что наступление противника на Западном фронте замедлилось из-за потерь в личном составе и технике. Противник подтягивает резервы.

Ответ комфронта Жукова Верховному Главнокомандующему

1 ноября командующий фронтом Георгий Жуков должен был ответить на вопрос Иосифа Сталина о том, позволит ли обстановка провести парад на Красной площади в честь годовщины Великой Октябрьской социалистической революции.

В основу ответа, разумеется, были положены различные разведданные, но надо отметить, что свой вклад внесла и радиоразведка. Во всяком случае выводы Жукова однозначно близки к тем, которые сообщала радиоразведка.

«В ближайшие дни, — писал в своем ответе Георгий Константинович, — противник не в состоянии начать большое наступление. Он понес в предыдущих сражениях значительные потери и сейчас занят пополнением и перегруппировкой войск. Что же касается его авиации, то она может и наверняка будет действовать».

В ноябре 1941 года фашисты готовили новое наступление на Москву. Естественно, они проводили перегруппировку своих сил.

Перед радиоразведкой была поставлена задача: вскрыть вражескую группировку и разгадать замыслы фашистов.

Радиоразведка выявила ударные группировки 2-й танковой армии под Тулой, 4-й армии южнее Наро-Фоминска, 40-го и 46-го мехкорпусов, объединенных в 4-ю танковую группу в районе Гжатска, 3-ю танковую группу северо-западнее Волоколамска, 9-ю армию и 41-й механизированный корпус западнее Калинина.

Что же касается авиации, то активизация авиационной разведки была замечена уже 5 ноября, а на следующий день вскрыто ее сосредоточение на аэродромах Вязьмы, Ярцева, Сычевки, Ржева.

Для предупреждения о приближении немецких бомбардировщиков была развернута служба ПВО — называлась она в ту пору ВНОС, что означало «воздушное наблюдение, оповещение, связь».

Аэростаты на тросах заставляли гитлеровские самолеты подниматься выше и, таким образом, снижалась точность бомбометания. А вот дальность звукоулавливателей как правило не превышала 10 — 12 километров и толку от них было мало, особенно когда враг подошел к самой Москве.

Наступление немцев выдыхается

Понятно, что проблема раннего предупреждения в 1941 году стала крайне важной и болезненной. Справиться с этой задачей, к счастью, удалось радиоразведке. Как правило, на бомбежку Москвы фашистские самолеты поднимались с разных аэродромов. Чаще всего это были аэродромы Минска, Барановичей, Орши, Могилева.

Стартовав, и набрав высоту бомбардировщики выстраивались в боевой порядок. Ведущий выходил в эфир, проверял связь, вызывая ведомых. Каждое звено отвечало ведущему, а в это время наши части ОСНАЗ перехватывали их переговоры и определяли примерный состав группы, а также пеленг самолетов.

Через 20−30 минут процедура радиосвязи повторялась. Радиоразведчики принимали и эту порцию сигналов. В результате работы становилось понятно откуда стартовали фашисты, куда летят и, наконец, сколько их.

Подобные весьма ценные данные, попадали в руки наших радиоразведчиков, как минимум за час до подлета немецких бомбардировщиков к Москве. Разумеется, сразу шло оповещение штаба ПВО столицы.

Однако вернемся к подготовке второго наступления немцев на Москву. 13 ноября радиоразведчики наших частей ОСНАЗ перехватили поистине историческую радиограмму.

Читайте также

Вслед дышали агенты ФБР — мрачные, агрессивные, готовые на любые провокации Перед высылкой из Америки контр-адмирала Сакулькина пригласил к себе начальник разведки ВМС США

Штаб танковой дивизии, расквартированной в Ясной Поляне, сообщал, что их соединение выступит утром 14 ноября. На основании радиоперехвата военный совет Западного фронта предупредил войска о готовящееся ударе немцев в этот день.

26 ноября части ОСНАЗ доложили о намерении фашистов обойти Истру с юга, 3 декабря — о задаче поставленной 2-й танковой дивизии достичь Алабушева, что в 20 километров от Солнечногорска, 6 декабря о планах немцев выйти на рубеж канала Москва — Волга.

В эти дни фашистское командование лихорадочно бросало в бой свои последние резервы. Обстановка на фронте сложилась крайне напряженной. Радиоразведка по 3−4 раза в сутки, докладывала в штаб данные о появлении новых частей на Дмитровском, Солнечногорском, Яхромском, Истринском направлениях. Стало известно, что части наступающие с севера уже были снабжены крупномасштабными картами Москвы.

Однако вскоре стали приходить первые сообщения о том, что наступление немцев выдыхается — войска понесли большие потери в живой силе и технике, не хватает оружия и боеприпасов, иссякают резервы горючего.

С 6 декабря, с началом контрнаступления советских войск под Москвой радиоразведка ОСНАЗ стала докладывать о направлениях отхода фашистов.

Можно сказать, что в целом суровый, боевой экзамен в битве под Москвой радиоразведка выдержала, она накопила боевой опыт, извлекла уроки из ошибок первых месяцев войны.

В документе ГРУ, подводившем итоги пяти месяцев войны, указывалось, что сводки радиоразведки Западного фронта содержали высокую степень достоверности.