G-20 в США: Трамп позвал Путина, Кремль пока молчит, ФСО считает варианты, Европа строит козни

Президент США Дональд Трамп заявил, что не знает, приедет ли его Владимир Путин на саммит G20 в декабре в Майами, но отметил, что был бы рад его присутствию.

Интересно, что российская сторона до сих пор не дала четкого ответа на этот вопрос. Сохраняет интригу? Но зачем? Понятно, что «двадцатка» является важным и актуальным форматом, участие в котором было бы, по меньшей мере, полезным и однозначно свидетельствовало бы о прорыве евроизоляции. Но вот нужно ли ехать туда, учитывая, что представители стран Запад явно были бы этому не рады и, наверняка, готовы устроить различные провокации.

Разве что для того, чтобы уважить Трампа, который вроде как демонстрирует политику открытости по отношению к России…

— Трамп, в отличие от европейских идиотов, не собирается изолировать российского президента, он считает, что больше потеряет от этого, чем выиграет, поэтому он приглашает Путина в Майами, — считает политолог Геворг Мирзаян.

Читайте также

Новая «Большая тройка» отправит Евросоюз на свалку истории До коллективной фон дер Ляйен начинает доходить смысл дизельной сделки

— И это повышает уровень представительности саммита, в какой-то степени делает его историческим, что опять же на руку Трампу.

Считаю, что, если ФСО даст добро, Путин должен полететь Майами, потому что эта поездка — выход из изоляции на Западе, серьезный дипломатический удар по европейцам, которые как раз и заинтересованы в том, чтобы Путин был максимально от всего изолирован.

Европейцы, конечно, встанут на дыбы, но Трамп будет вынужден ломать их через колено, чтобы они с Путиным фотографировались… Так что да, если ФСО не будет возражать, Путин должен поехать в Майами.

«СП»: Там возможны провокации…

— Однозначно стоит ждать провокаций, к ним мы должны быть готовы. Но мы не должны бояться, что кучка идиотов будет устраивать пляски и орать. Посмеяться над ними надо, помахать ручкой, сказать здравствуйте, пожалуйста. Большего они не заслуживают.

«СП»: Путин пока не дал четкого отказа. Интригует?

— Я думаю, здесь нет никакой интриги, а есть обсуждение повестки: если нам будет, о чем поговорить с американцами, что подписать, если будет целесообразность практическая от этого визита, помимо того, чтобы поиздеваться над европейцами — полагаю, Путин поедет. Если выяснится, что Трамп не может ничего предложить и по протокольным мероприятиям не сможет защитить российский статус и уважение, тогда, да, Путин не поедет, все логично.

Но все же, «двадцатка» актуальный формат, это единственный формат, где вместе работают все лидеры развитых и развивающихся стран. БРИКС, конечно, интереснее, но в БРИКС нет развитых стран, а развивающиеся без развитых все-таки не готовы идти на какие-то радикальные шаги. Боятся еще.

И, в принципе, оптимальнее, конечно, чтобы процесс превращения мира в многополярный проходил при совместной деятельности развитых и развивающихся стран. А это как раз «двадцатка».

— Трамп, думаю, искренен, — говорит руководитель экспертного совета Фонда стратегического развития, политолог Игорь Шатров.

— Он уважает двух мировых лидеров — Путина и Си. И готов к диалогу. Ему есть, о чем посоветоваться с умным человеком. Другое дело, что он не волен, не способен утихомирить союзников США. Поэтому если и вести с Трампом конструктивный диалог о перспективах, то лучше, чтобы это был диалог о том будущем, когда он после отставки вновь станет бизнесменом.

Что касается контактов именно с США, то я вообще думаю, что взаимные визиты Трампа в Россию, а Путина — в США вполне могут состояться в ближайшие два года. Но ехать на общее собрание «гаражного кооператива» под названием G20 нашему президенту, считаю, не стоит. Слишком много в этом «кооперативе» неадекватных членов.

«СП»: Говорят, что ничего конструктивного Запад не предложит, зато во время саммита возможны всяческие «демарши». Согласны? Стоит ли ждать провокаций?

— Стоило бы ожидать именно провокаций, а не демаршей. Демарш — это официальное политическое заявление или действие, скажем так, не очень приятное для той стороны, в адрес которой направлено.

К неприятной, даже грубой риторике западников России не привыкать. И, думаю, Владимир Владимирович нашел бы, что ответить, если бы что-то неприятное было высказано в его адрес или в его лице в адрес России. Он умыл бы нагрубившего.

А вот лишних пересечений с такими людьми, как, например, Зеленский, сейчас точно не требуется. Как видим, последний просто жаждет, чтобы его встреча в Путиным состоялась именно в Майами. Мы понимаем, что ради пиара он способен на недостойный поступок и не откажет себе в возможности воспользоваться ситуацией.

Гарантий, что он ничего не совершит, нет ни у кого. Если он выдает секреты партнеров (вспомним недавнюю историю с выдачей информации о северокорейских бойцах, переданных Южной Корее, что поставило на грань разрыва отношения между Киевом и Сеулом), чего можно ожидать от украинского фюрера при встрече с тем, кого он считает врагом?

«СП»: Некоторые эксперты сравнивают возможную поездку Путина в Майами с визитом Хрущева в США в 1959 году. Тогда приезд советского лидера вызвал настоящий фурор, при этом отношения СССР и США уже были на грани реальной войны. Можно ли сравнивать? Что изменилось?

— На прежнем этапе развития Москва проводила очень взвешенную внешнюю политику, была доброжелательна по отношению даже к тем, с кем принципиально расходилась во мнениях на мировые процессы, с потенциальным противником, который ныне стал реальным.

Читайте также

Пощечина для Киева и Брюсселя: Трамп заморозил «адские санкции» против России Американские «ястребы» в бешенстве, Евросоюз в растерянности, Зеленский в шоке

Нашу корректность приняли за слабость. Сейчас расхлебываем.

Во времена Хрущева русских просто боялись. Это было отчасти наследием войны, в которой мы победил сильнейшего и жесточайшего врага, отчасти — следствием закрытости советского общества. Хрущев для американцев был экзотикой, его стремились увидеть вживую, чтобы убедиться, что он такой же человек, как американцы.

С другой стороны, это не отменяло окончательно страха, который испытывали на Запале перед неведомым и непонятным Советским Союзом. Хрущева боялись обидеть хотя бы потому, что не представляли, какая реакция последует от ядерной страны на попытку допустить провокацию в адрес ее лидера. Так сейчас западники относятся, пожалуй, только к одному политику в мире — к Ким Чен Ыну.

А русских знают, как облупленных, хорошо изучили наши слабые места за последние десятилетия, особенно за годы нашей ориентации на Запад, на Европу как родину демократии. Нас уже не боятся. И это тоже провоцирует противника на неадекватные действия.

«СП»: Путин окончательно ещё не отказался. Проявляет уважение к пригласившему? Сохраняет интригу?

— Обстановка в мире непредсказуемая. Она часто развивается столь стремительно, что никто с уверенностью не может сказать, состоится ли саммит в назначенное время и кто будет президентом США в декабре. Наступит декабрь, и мы узнаем о решении, которое примут в Кремле.

«СП»: А если так рассудить: «двадцатка» еще актуальный формат? Наше присутствие там что-то меняет? Кого в таком случае туда можно отправить?

— В нынешней ситуации у стран «двадцатки» много задач, которые решаются только сообща. И главная из них: разобраться с препятствиями международной торговле, ограничениями, накладываемыми США и западными странами без согласия международных институтов, в первую очередь, ООН.

Формат G20 остается актуальным, потому что он позволяет и формально, и неформально встретиться лидерам ведущих экономик мира и выработать общий порядок выхода из того или иного кризиса.

Во главе российской делегации на саммит вполне может поехать Лавров. Он за словом в карман не лезет, его невозможно застать врасплох, всегда найдет, что ответить провокаторам. Саммит «двадцатки» точно не будет проигнорирован Россией.