Европа успокоила Гренландию с Данией и сама себя: Трамп слишком больно не сделает, надо потерпеть

Военный захват Гренландии еще недавно казался сценарием триллера или легендой военных учений. А теперь такой сценарий на полном серьезе обсуждают не в Голливуде, а в Пентагоне.

Дональд Трамп уверен, что Америке «под силу присоединить Гренландию», объясняя это «слабостью Европы» и стратегическими интересами Вашингтона, в частности, обороной Арктики, пишет Sky News.

Мало того, по словам одного из высокопоставленных источников в окружении Трампа, Гренландия «должна» войти в состав США «как можно скорее». И это не исключает проведение еще одной, после Венесуэлы, спецоперации.

Такого рода риторика — беспрецедентный вызов не только Дании, но и всей западной архитектуре безопасности, которая строилась после Второй мировой войны.

Лидеры Франции, Германии, Великобритании, Испании и Польши вместе с датским премьер-министром Метте Фредериксен выступили с заявлением, в котором говорится: «Гренландия принадлежит её народу и датскому королевству, и только они должны решать её будущее», цитирует Reuters. Но выглядело это явно невразумительно, если не сказать — трусливо.

Как и заявление министров иностранных дел Финляндии, Исландии, Норвегии, Швеции и Дании, предложивших предпринять дополнительные шаги в консультации с США и другими союзниками по НАТО.

Премьер Великобритании Кит Стармер в интервью выдавил из себя общие слова: «Гренландия и Дания имеют право решать собственную судьбу». А польский премьер Дональд Туск сказал что-то типа «претензии США подрывают смысл НАТО». И все. Никаких жестких слов в адрес Дональда Трампа и его генералов не прозвучало.

Европейцы и пикнуть не посмели ничего про силовой сценарий захвата Гренландии, который с каждым днем становится все реалистичнее. То есть, когда в Брюсселе и Лондоне радостно улюлюкали, читая новости из Венесуэлы, они и представить не могли, что завтра такой же сценарий может быть реализовать в Европе.

Пока Трамп вынашивает планы по захвату Гренландии, европейцы даже не могут сменить тон: все те же общие слова и дипломатическое умеренное осуждение. Посмотрим, как запоют в Брюсселе, когда американская «Дельта» с «Черных ястребов» высадится прямо в центре Копенгагена и Нуука (столицы Гренландии).

Европейцы сами загнали себя в ловушку. Годами Евросоюз избегал формировать собственные стратегические силы и независимую армию, рассчитывая на обеспечение безопасности со стороны США. Сейчас это воспринимается как слабость, а не благо. Тем более и США перестали быть военным союзником, превратившись пока что в политического оппонента. А завтра, вполне возможно, и в агрессора.

Европейские страны при этом продолжают подчеркивать свою зависимость от США в вопросах безопасности. И этой уязвимостью Трамп умело пользуется. Евроскептики едины: чрезмерная ориентированность на американские интересы сделала Евросоюз неспособным давать отпор даже тогда, когда речь идёт о прямой угрозе суверенитету.

Как пишет Financial Times, США продолжают усиливать свое арктическое присутствие через размещение военных баз, укрепление инфраструктуры и военные учения.

Европейские государства, по сути, стоят перед выбором: уступить под давлением Вашингтона (что станет прецедентом по гибели идеалов международного права) или, наконец, пересмотреть свои оборонные стратегии в пользу независимого европейского реагирования.

Financial Times делает однозначный вывод: Европа мало способна ответить США, если они решат действовать силой. Потенциально никто «не вступится» за Данию на поле боя, для американцев последуют лишь дипломатические и экономические последствия. По сути, американцев лишь пожурят.

Слишком поздно спохватившись, страны Северной Европы (Дания, Германия, Нидерланды и Швеция) задумались об укреплении собственной обороноспособности. Эти страны осторожно, но уже начинают обсуждать возможность усиления военно-стратегического сотрудничества в рамках Евросоюза и НАТО, не подчиняясь полностью американской логике.

Так что, как видно, военно-политический кризис вокруг Гренландии — не просто геополитическая ссора из-за куска территории (пусть и огромного).

Это символ глубокого конфликта на коллективном Западе — раскола между желанием быть преданным слугой Вашингтона и необходимостью защищать собственный суверенитет и интересы.