В Тбилиси назревает полноценная цветная революция, Москва пока наблюдает

В Грузии продолжаются многочисленные протесты оппозиции, вызванные принятием закона об иноагентах, официально он называется «О прозрачности иностранного влияния».

Утром 13 мая ситуация снова накалилась, полиции пришлось расчищать подходы к парламенту. Несмотря массовое недовольство, депутаты профильного комитета все-таки приняли закон и 14 мая он должен быть вынесен на пленарное заседание. Последовали довольно серьезные волнения собравшихся на площади, которые привели к столкновениям с полицией и задержаниям.

Как известно, законопроект требует от неправительственных организаций регистрации в качестве иноагента, если иностранное финансирование у них превышает более 20% от общего дохода.

Протесты в Грузии начались с 15 апреля, когда в республиканском парламенте началось рассмотрение законопроекта об иноагентах. В первом чтении он был принят на пленарном заседании 17 апреля, 29 апреля его поддержал парламентский комитет по юридическим вопросам.

Противодействие иноагентам сильно обеспокоило Соединенные Штаты — официальный представитель Госдепа Мэттью Миллер заявил, что Грузия может потерять возможность вступить в НАТО и Евросоюз, если закон будет все-таки принят.

Политолог, руководитель Центра этнических и международных исследований Антон Бредихин считает, что рассматриваемый парламентом документ уже не имеет большого значения для оппозиционных сил. Это повод — но не причина.

— В стране запущен мощный механизм так называемой цветной революции. Это уже вышло за рамки митингов, протестов, проявлений недовольства. И в обществе все чаще закономерный вопрос: это действительно протесты против закона или на наших глазах разворачивается полномасштабная цветная революция?

«СП»: Каков может быть ответ на него?

— Конечно, это уже цветная революция. И уже не столь важно — примут закон или не примут. Если примут, то сразу же отменят после победы оппозиции, в случае реализации дальнейших механизмов цветной революции.

Как видим, форма у данного способа смены власти остается традиционной, ничего не меняется — можно вспомнить «революцию роз» в Грузии в 2003-м или украинский «майдан-2013». И если не будет активизирован механизм по противодействию данному процессу, то, конечно, дело будет доведено до конца, произойдет смена власти и будут приняты еще более жесткие законы, направленные на евроинтеграцию страны.

«СП»: Силовые структуры Грузии способны навести порядок? Ведь в сценариях «бархатных революций» предусмотрена плотная работа с ними.

— В Грузии с этим непростая ситуация. Как известно, после победы Саакашвили в стране была проведена реформа правоохранительных органов, которая имела целью усилить над ними кураторство со стороны западных стран.

Так что в какой-то мере пожинаются плоды правления этого политика и привода его к власти.

«СП»: Москва как-то способна повлиять на ситуацию?

— Политически — можно сказать, что нет. На мой взгляд, влияние может осуществляться по линии этнических диаспор и православной церкви. Причем контакты по линии церкви могут оказаться весьма продуктивными.

Директор по аналитическим проектам Агентства политических и экономических коммуникаций Михаил Нейжмаков отмечает, что законопроект «О прозрачности иностранного влияния» явно вызывает беспокойство у грузинской оппозиции.

— Ведь как только этот документ будет принят и вступит в силу, власти Грузии получат дополнительный рычаг воздействия на среду близких к оппозиции неправительственных организаций.

Другое дело, что у грузинской оппозиции в рамках этой протестной кампании есть и другие цели. Среди них — мобилизация сторонников на пути к парламентским выборам, которые должны пройти в октябре 2024 года.

Кроме того, чем активнее проходят акции протеста по поводу этого законопроекта, тем больше дополнительного внимания к ситуации проявляют США и ЕС, выступающие в связи с этим с критикой грузинского правительства. Можно вспомнить, например, как гендиректор Еврокомиссии по расширению и политике соседства Герт Ян Копман ранее заявлял, что указанный законопроект станет препятствием для вступления Грузии в ЕС, если будет принят в существующем виде.

Для правящей «Грузинской мечты» это также источник проблем, так как руководство партии неоднократно подчеркивало, какое значение для нее имеет курс на вступление страны в ЕС. Например, представители «Грузинской мечты» акцентировали внимание, что состоявшееся в конце 2023 года предоставление стране официального статуса кандидата в члены ЕС — важное достижение партии. А симпатизирующие этой политической силе СМИ и эксперты видели в этом событии важный фактор, повышающий вероятность победы этой партии на парламентских выборах.

При этом нынешняя протестная кампания — далеко не первая, с которой сталкивается правительство «Грузинской мечты». Пока выше вероятность, что к отстранению этой партии от власти эта протестная активность в ближайшие месяцы не приведет.

«СП»: Могут ли протесты изменить политическую конфигурацию в стране, даже в случае если они не завершатся успехом?

— Вряд ли именно из-за этой протестной кампании расклад политических сил в Грузии изменится принципиально. Если смотреть на данные соцопросов, наиболее влиятельным оппонентом правящей «Грузинской мечты» остается «Единое национальное движение», ориентированное на экс-президента страны Михаила Саакашвили.

Последний, находясь в заключении, также публично выступает против упомянутого закона. При этом наличие на грузинском политическом поле большого количества активных малых партий также влияет на ситуацию — они могут оттягивать голоса как у ЕНД, так и у «Грузинской мечты».

Лидеры оппозиции наверняка будут стремиться вести протестные кампании и по другим поводам, стремясь нарастить их масштаб по мере приближения парламентских выборов. Но в такой тактике есть фактор риска и для самих оппонентов власти. Череда протестных акций со временем может вызвать усталость от них как у сторонников оппозиционных сил (если они не будут видеть, что такая активность приносит результаты), так и у умеренного колеблющегося электората.

«СП»: Есть ли у России рычаги воздействия на ситуацию? Если да, то какие?

— Противники законопроекта часто называют его «российским», а усилия правительства по его принятию — знаком, что в стране усиливается российское влияние.

В свою очередь, представители «Грузинской мечты» аргументируют продвижение этого законопроекта и тем, что неправительственные организации могут оказывать давление на власти по вопросам участия в направленных против России санкциях и поддержки Украины. Такой тезис приводил, например, исполнительный секретарь этой партии Мамука Мдинарадзе.

Этот аргумент, ориентированный на умеренно настроенную общественность Грузии, может отражать и реальные опасения грузинского правительства, что со временем может усилиться не только внешнее давление на Тбилиси по подобным вопросам, но и внутреннее давление, в том числе благодаря усилиям неправительственного сектора.

При этом Россия вряд ли может предпринять что-то, что привело бы к снижению интенсивности протестной кампании в Грузии. Скорее, Москва будет придерживаться уже существующей тактики — периодически критиковать давление на Тбилиси со стороны западных держав, выступающих против законопроекта. Но в целом Россия, скорее, публично постарается держать дистанцию по отношению к этой ситуации.