«Зелёная повестка» вогнала Европу во тьму и хаос. Зря не слушались Россию

Крупнейший за столетие с начала массовой электрификации блэкаут произошел в начале текущей недели на юге Европы. Без света, интернета и мобильной связи остались Испания, Португалия, Андорра и часть Франции.

Данные о погибших засекречены. Взрывов и пожаров блэкаут не вызвал, но из-за неработающих светофоров произошло множество ДТП, клаустрофобы устраивали давку в метро и инциденты в застрявших лифтах, а в лишенных освещения супермаркетах разграбление переходило в поножовщину.

Экономический ущерб, по данным Университета имени Пабло де Олавиде в Севилье, превысил €1 млрд, но если считать испорченную оргтехнику, пропавшие продукты в холодильниках и разбитый автотранспорт, он превышает €4,5 млрд только в одной Испании.

В последний день апреля прокуратура Испании потребовала начать судебный процесс по факту блэкаута, что и было сделано, однако Национальная судебная коллегия в Мадриде объявила, что разбирательство пройдет в секретном режиме.

Судья Хосе Луис Калама сообщил, что среди версий есть саботаж и некоторые другие. А председатель совета директоров компании Red Eléctrica — оператора электросетей королевства Беатрис Корредор заявила, что происшествие не связано с полным переходом страны на зелёную энергетику, о котором было торжественно объявлено 16 апреля.

Между тем, ещё 16 апреля многие эксперты по электроэнергетике выступили с предположением, что отныне, благодаря переходу на полностью безуглеродную генерацию электричества, блэкауты станут нормой.

Кстати, чтобы прервать блэкаут, южным странам Европы пришлось закачать газ и запустить те тепловые электростанции, которые ещё не успели разрушить. В данном случае Испанию спас СПГ из России. Газовозы, которые шли в обход королевства, экстренно причалили в местных портах, где и разгрузились, за что Мадрид выплатил повышенную цену и неустойку тем зарубежным потребителям, до которых российский газ не дошёл.

О том, связан ли блэкаут с переходом на вожделенную в ЕС зелёную энергетику, или всё-таки версия саботажа тоже имеет право на существование, «Свободной Прессе» рассказал ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков:

— Вопреки всем рапортам испанских чиновников в Еврокомиссию, нельзя сказать, что страна перешла на зеленую энергетику именно 16 апреля 2025 года. Если бы это было так, то тогда откатиться назад было бы проще. Но они десятилетиями к этому шли. В этом-то и проблема.

«СП»: Почему решили засекретить причину блэкаута?

— Судебному запрету предшествовал фейерверк противоположных версий, каждая из которых намекала на возникшую зависимость от погоды, что свойственно зелёной энергетике. Сказали, что виновато какое-то уникальное метеорологическое явление.

По одной версии, это ветер «остановился» и поэтому пропала какая-то генерация.

По другой — наоборот, был сильный порыв ветра, а сети — старые, они порвались или нахлёст произошел, вот и коротнуло. Ещё была версия с поломкой автоматики.

Но две последние версии, как ни странно, тоже упираются в зелёную энергетику. Все средства, предназначенные для модернизации, вкладывались в монтаж ветрогенераторов или выкладывание солнечных батарей, а до элементарной замены висящих над головой проводов на подземные кабели руки не доходили. Как и до замены оборудования для управления всей энергосистемой.

Современное оборудование должно учитывать растущую долю возобновляемых источников энергии, которые в зависимости от погоды то дают много тока, то не дают его совсем. Это приводит к постоянным скачкам и перепадам.

«СП»: Почему бы властям европейских стран не признаться перед гражданами честно, что дело не в диверсии, почему бы не сделать дальнейший энергетический переход более плавным, извлекая уроки из блэкаута?

— Если допустить, что во всем виновата зелёная энергетика, то получается, что чем больше у тебя безуглеродности, тем выше вероятность повторения таких историй. И тогда получится, что зелёные десятилетиями вели Европу не туда, в противоположном от стабильности направлении.

Получится, что чиновники ЕС ошибались, все их планы нужно менять, и от идеологии слепой безуглеродности нужно отказаться. Это пугает. Очень быстро эта история из технической и энергетической становится политической.

Руководству Евросоюза ни в коем случае не хочется признаваться, что хотя бы доля проблем заключается в возобновляемой энергетике, иначе придется признавать свои ошибки. Придётся признавать ошибкой отказ от дешёвого российского газа.

Этого никто там делать не хочет.

Поэтому они говорят: уникальное метеорологическое явление. Больше такого не повторится, поэтому будьте спокойны, мы идем верной дорогой. Или — диверсия, которая тоже не повторится.

В реальности то, о чём европейцев предупреждали, и реализовалось. Возобновляемой энергетикой вы не можете управлять. Метеорологические явления вы не контролируете. Порыв ветра или отсутствие ветра, избыток солнца или густая облачность может толкнуть первую косточку, чтобы и совершился принцип домино.

Все сети, системы автоматической защиты — всё это было построено, когда возобновляемой энергетики не было. И сети не перестаивались под новые тренды, автоматика не перестраивалась.

В Европе убирали из энергобаланса топливную энергетику, надеясь при этом только на атомные электростанции.

«СП»: Разве АЭС — плохое дополнение к энергии солнца, ветра и воды на ГЭС?

— АЭС не могут маневрировать. Например, отключился какой-то ветропарк, а атомная станция не способна мгновенно увеличить выработку электроэнергии, чтобы закрыть брешь от отвалившейся генерации ветра.

Вот маневрированием занимались как раз тепловые электростанции. Мы в России всегда говорили, что в резерве должны быть станции на газе и даже угле, потому что ими легко управлять. Ты можешь мгновенно получить энергию, добавив больше газа или включив угольную котельную.

Европейцы нам отвечали: мы найдем способ хранения электричества. Первый способ — это строительство накопителей. По сути, это — огромные аккумуляторы. Но это жутко дорого и ни в одной стране ЕС не реализовано.

А другой способ — это водород. Вот ветряки крутятся ночью, когда электричество никому не нужно, и из него методом электролиза воды можно получать водород, а днем, когда не хватает электричества, водород переводить в электроэнергию. И таким образом, в виде водорода хранить электричество.

Но и этого они ни в одной стране не сделали, поэтому что дорого. В итоге системы хранения непредсказуемой природной энергии нет нигде. Отсюда куча всякой конспирологии и расследований, потому что надо радикальные меры принимать и существенно вкладываться, признать что были где-то неправы, а вот этого они не хотят.

Начали говорить, что это — кибератака, а значит, «мы идем правильной дорогой, просто враги мешают».

«СП»: Чиновники ЕС не скажут об этом вслух, но если они признают, что ошибались, это может как-то пойти на пользу России?

 — Нам выгодно, в принципе, чтобы отношение к газу изменилось, потому что наш газ долгие годы дискриминировали. Говорили, что это — самый агрессивный провокатор глобального потепления.

До Испании и Португалии трубопроводный газ из России никогда не доходил (очень далеко) но эти страны — одни из лидеров по импорту российского СПГ. Для нас важно, чтобы вообще, в принципе, была пересмотрена роль газовой генерации. Я согласен с тем, что для тёплых стран это — резервная генерация, но надо оставлять газовые электростанции, потому что они балансируют мощность, создают надежность работы энергосистем целых государств.

И определенные вопросы, которые сейчас в Европе возникают к электромобилям, для нас тоже выгодны. Люди в дружно сидели, свечки жгли, песни пели, пока телевизор не работал. Торговля остановилась, весы не работают, кассы не работают, денег никто снять не может. Так еще и перемещаться невозможно, если ты с электрокаром. Поэтому я думаю, что многие сейчас задумаются, что есть риски у электрического транспорта, а это тоже для нас выгодно.