Курс рубля застрял «между Сциллой и Харибдой»

Почти 40% россиян считают, что российские власти должны способствовать повышению курса рубля. Таковы данные опроса Фонда «Общественное мнение» (ФОМ), проведенного в ноябре 2020 года.

В свою очередь 30% опрошенных полагают, что власти должны удерживать курс неизменным и только 6% полагают, что властям следует способствовать понижению курса национальной валюты. При этом 45% респондентов уверены, что курс зависит от действий российских властей, а 36% считают, что на курс влияют обстоятельства, на которые власти повлиять не могут.

В числе причин, ведущих к снижению курса, опрошенные отметили плохую экономическую ситуацию, цены на нефть, эпидемию коронавируса, политику. В то же время обратили внимание на работу правительства и президента, рост валют, а некоторые респонденты считают снижение курса рубля искусственным и «выгодным государству».

Доцент кафедры фондовых рынков и финансового инжиниринга Факультета финансов и банковского дела (ФФБ) РАНХиГС Сергей Хестанов предлагает различать теоретическую возможность и практическую осуществимость при регулировании курса рубля властями.

— Власти, конечно, могут теоретически влиять на курс. Можно ввести фиксированный курс, как это было в эпоху СССР, либо тратить международные резервы на искусственное поддержание курса. Эпоху СССР все прекрасно помнят и, к сожалению, в комплекте с фиксированным курсом обязательно появится «черный рынок», дефицит, двойные цены и т. д.

В наше время возврат к фиксированному курсу настолько редкое явление в мировой практике, что можно его всерьез не рассматривать. Во всяком случае, при такой экономике, которая сейчас в России: с высокой зависимостью от конъюнктуры международных рынков попытка ввести фиксированный курс неизбежно спровоцирует тяжелейший экономический кризис.

На использование международных резервов изредка, в критические моменты, государство идет. Так было в конце 2014 года, в острую фазу кризиса 2008 года. Тогда государство тратило резервы на решение проблем, прежде всего, связанных с поддержанием системообразующих предприятий. Но делать это постоянно — это глупость, потому что резервы довольно быстро закончатся, и далее произойдет ослабление рубля, только оно будет уже совершенно неуправляемо.

Ответы людей отражают тот факт, что они не понимают, как устроен и работает валютный рынок.

«СП»: — И что все-таки больше всего влияет на валютный курс? Цены на нефть, газ, санкции?

— Ответ на этот вопрос, если он будет точный, в процентах, тут же вызовет присуждение Нобелевской премии по экономике и очень интересные карьерные предложения. Сейчас существует чуть не десяток теорий образования валютного курса, и они существенно разные. И ни одна из этих теорий до конца на вопрос «каким должен быть валютный курс» ответить не может.

Сам факт, что этих теорий много, говорит о том, что экономисты-теоретики разрабатывают эту проблему, но найти ответ пока не удается.

В разные моменты разные вещи. Были годы, когда рубль, как привязанный, следовал за нефтью. Была даже такая формула, которую в шутку называли «формула Кудрина», 3600 рублей (по такой цене в бюджет был заложен рубль) делили на стоимость марки BRENT и получали очень хороший прогноз курса рубля. Долго эта формула работала, а потом экономика изменилась, и формула работать перестала.

Бывают моменты, когда сильно влияют даже не сами санкции, а заявления о санкциях. Обычно такое влияние краткосрочно.

Главная сложность в том, что валютный курс зависит от всего вместе взятого. И в разное время разные факторы вклад в курс рубля вносят достаточно разный. Поэтому простого ответа нет.

«СП»: — Чего ждать в ближайшее время? Куда может пойти курс?

— Как раз на коротком горизонте курс практически непредсказуем. Завтра господин Трамп что-то скажет и курс куда-то улетит. А послезавтра выяснится, что его слова особой роли не играют и курс легко вернется назад. Поэтому краткосрочно курс рубля, за редким исключением, очень тяжело поддается прогнозированию.

А вот если посмотреть долгосрочный, то ситуация становится гораздо более понятной. В России официально вклад доходов от экспорта в доходную часть федерального бюджета свыше 20%. Но официальная статистика не учитывает те бизнесы, которые либо зависят от экспортеров, либо на экспортеров работают, при этом сами экспортерами не являются. Если это учесть, то зависимость будет около 50%.

Естественно, при такой высокой зависимости получается до смешного простая формула — любые проблемы бюджета экспортёров и того бизнеса, который реально конкурирует с импортом, легко решаются ослаблением рубля. Если посмотреть на всю историю рубля за все постсоветское время с того момента как ввели свободный курс, то это история девальвации с небольшими периодами, когда рубль укреплялся.

Самый большой период укрепления рубля — начало 2000-х, которые вошли в историю как «тучные годы». За это время рубль укрепился на 30%. А ослаб в большее число раз.

Для большинства людей рациональная стратегия отношения к поведению рубля очень простая: деньги, которые человек откладывает на год-два или больше, надо хранит в так называемой твердой валюте. Но на длинном горизонте при такой зависимости федерального бюджета от поступлений от экспорта рубль просто обречен на ослабление. Вопрос в том лишь резко или плавно, бывают периоды укрепления, если перед этим он слишком ослаб.

Стратегически, пока у нас есть зависимость от экспорта, рублю суждена дорога в одну сторону. Интрига в том, с какой скоростью.