Точки роста и точки спада

Живописать нынешний обвал национальной валюты нет особого смысла. Его последствия все прекрасно понимают и чувствуют на своей шкуре. Отдельные товарищи, конечно, продолжают кричать «ура!» и ждать успехов импортозамещения и старта национальной экономики, но, по-моему, без особого энтузиазма. Всем совершенно ясно, что существует объективная привязка внутренних цен к мировому рынку. И если у вас рубль дешевеет в два раза, то стоимость любого продукта в России, в котором нет ни грамма импортного сырья, все равно будет стремиться возрасти в те же два раза. Ну, не сразу (особенно, если сдерживать), но неумолимо и достаточно быстро. Во всяком случае, ни пенсия, ни зарплата ее не догонят. Либо же этот продукт каким-нибудь образом вымоется за границу, и россияне все равно останутся с носом.

То же и с успехами импортозамещения. Конечно, производители отечественного на некоторое время становятся кумами королей. Их все носят на руках. Они пишут письма «генсеку» с требованием продлить это безобразие. Но, заканчивая свою трудовую вахту, во время которой они производят много всяческого барахла самого низкого качества, выходят из проходной… во всю ту же страну. С нищими, измученными кризисом людьми. И все равно вынуждены конвертировать свой успех во что-нибудь валютоемкое и заграничное. При этом мы не будем здесь говорить о действительно современной технологичной продукции. Поскольку только очень большой реакционер и утопист может считать, что какая-либо страна в мире сегодня может обойтись без международной кооперации. Ни Америка, ни Япония, тем более, это не в состоянии сделать Россия со 140 млн. не очень здоровых людей, из которых работоспособного населения всего 54%, а то и меньше.

Вот вам широко известный пример — самолет «Суперджет», гордость нового самолетостроения. По некоторым данным, он на 50% минимум состоит из импортных материалов. То же самое и с электроникой, компьютерами, моющими средствами и даже с виноградным вином. Могут, конечно, возразить: «Без всего этого, конечно, можно обойтись. Подумаешь, вина не пить и хороший сыр не есть! Колбасным закусил и порядок!». Особенно, если помнить о 1918 году. Но тогда надо иметь и идеологию того времени. И эстетику. Почему-то кажется, что этот период мы давно проскочили.

Впрочем, не об этом я хотел написать, а о том, как мы оказались в таком положении, что упустили? Где точки роста (так любили вопрошать в девяностых) или, вернее, где точки спада?

На самом деле, на этот вопрос даже малыш вам ответит без запинки: нужно было уходить от ресурсного проклятия, диверсифицировать экономику, налаживать собственное производство товаров и услуг, встраиваться в мировые технологические цепочки и… бла-бла-бла. Но скажет-то он это, скажет, а как это сделать практически, с чего начать, чем кончить? Какие постановления принять? Куда направить финансирование?

На мой взгляд, однако, пятнадцати лет для решения этой проблемы было вполне достаточно.

Если бы захватившие власть «государственники» прикладывали хоть какие-нибудь реальные усилия для того, чтобы в подведомственном государстве снять барьеры на пути экономической самодеятельности масс, все бы получилось. Впрочем, это эхо дискуссии о судьбе малого и среднего бизнеса. Задача была — создать такие условие, чтобы население, экономическая ткань нашего общества, сами в состоянии были и заключать договора, и оказывать себе услуги, и создавать рабочие места, и справляться с перепадами экономического климата, как смогли оно, в общем-то, довольно быстро справиться в 1998 году. Однако государство в лице неплохо оплачиваемых государственных людей решило делать прямо противоположное — идти с большой ложкой везде туда, где обнаруживалась хоть какая-то активность, и не успокаивалось до тех пор, пока не вычерпывало этот источник до дна.

Не артикулированный, но достаточно явный тренд на ликвидацию НЭПа привел к тому, что везде, во всех сферах, создались зависимости от бюджетного распределения, а конкуренция бюджетной сферы и предпринимательской, где деньги зарабатывались непосредственно на рынке, закончилась сокрушительно победой бюджетной сферы. А там, как известно, деньги не столько зарабатывались (то есть оценивались рыночным спросом), сколько получались от щедрот печатной машины и нефтяных поступлений, притом что самые богатые в нашей стране… кто? Сами знаете, чиновники, которые хотели жить все лучше и лучше. При встроенном в капитализм коммунизме. Естественно, когда нефть упала в цене, обмелела и вся эта синекура.

Второе, что было сделано неправильно, это установление режима дорогой энергетики. Понятно, что, вступая в мировой рынок, в мировую кооперацию, Россия, по идее, должна была бы искать и найти какие-то конкурентные преимущества, опереться на них. Причем напрашивается, что этим преимуществом была ее энергетическая база, доставшаяся еще с советских времён. Много нефти, много электричества, много атомной энергетики, бензина, масел и т. п. Чего стоит запустить пару заводов?

Если бы энергетика оставалась дешевой внутри страны, то дешевой была бы и вся продукция, произведенная в России. Все потянулись бы в России открывать свои производства, — хоть сборочное, хоть какое. Сельское хозяйство вздохнуло бы полной грудью, и не только кур производило бы, а еще чего-нибудь на рынке переработанной продукции. Но алчные государственники решили иначе — стричь по максимуму. Что не удается состричь на мировом рынке, добрать на внутреннем, и сделали энергетику такой же дорогой, в том числе и для внутреннего потребления.

Казалось бы, ну откажитесь вы от двух шубохранилищ из трех, не обеднеете! Но нет, хотели, чтобы все три оставались даже при кризисе. В результате, мы как не имеем «индустриализации-2», так и потеряли шансы ее запустить.

Третье, это постоянные инфляционные сигналы. На самом деле, инфляция всех замучила. 10−15% - это хорошо недолго и только в режиме интенсивного развития. А при стагнации такая инфляция — преступление, которая ничем не объясняется, кроме как непомерными расходами на содержание тех же «государственников». При этом невозможно планировать ни жизнь, ни бизнес, не зная, что завтра будет с рублем. А рубль в регулируемой бюрократами экономике в очень большой степени находится в руках бесчестных регулировщиков. Если они берутся что-то регулировать, то крутят так, что пока не свернут резьбу. Если повышают ЕСН, то почему-то сразу на 100%, а не на 10−15, чтобы посмотреть, что получится. Если повышают коммунальные сборы, так опять же мгновенно и существенно, а потом добивают молотком по голове — ремонтным сбором. Вдруг стали собирать со всех деньги за землю по от фонаря посчитанной кадастровой стоимости — дело хорошее — но ведь больше всего земли под государственными учреждениями, и чтобы им заплатить налог, надо из бюджета взять. Бесполезные и необеспеченные миллионы ходят туда-сюда… А теперь вот панически кричат: «Атас! Рубль падает!»