«Другой» должен быть ликвидирован

Донбасс никогда уже не станет украинским. И дело не только в пролитой крови: крови и в Чечне было пролито немало, однако Чечня сегодня — субъект РФ. Я уверен, что кто бы ни пришел к власти в Киеве, он не сможет взглянуть на мятежный регион широким имперским взглядом. А будет продолжать смотреть узко-злобно-националистическим.

По-имперски это так: живите своим укладом, следуйте заветам своих предков, развивайте свою культуру, в эти ваши дела мы особо вмешиваться не будем. Даже будем помогать по возможности. Вашего князя-хана-президента сделаем своей правой рукой, чтобы все по понятиям… Но не дай бог проявите военно-политическую нелояльность, не явитесь на войну, когда позовет труба. В Сибирь поедите. Утрирую, конечно, но как-то так оно и есть.

Национализм подходит иначе. Его цель — добиться от «другого» не подчинения и лояльности при признании за ним ограниченного суверенитета, а того, чтобы этого «другого» не было вообще. Для этого есть три инструмента: мягкий — принудительная ассимиляция, жесткий — депортация, сверхжесткий — физическая ликвидация.

Например, латышских националистов всегда нервировали три влиятельных меньшинства: русские, немцы и евреи. С евреями с одобрения и при поддержке гитлеровцев разобрались по сверхжесткому сценарию, т.е. всех убили. Немцы перед войной уехали в фатерланд якобы добровольно, но по сути это была депортация и грабеж, «отъезжантов» правительство Латвии обдирало как липку. Часть русских латвийским властям удалось депортировать в первой половине 1990-х (т.н. «круглопечатники»), а сегодня работа продолжается уже по мягкому варианту — путем принудительной ассимиляции детей. Запланирован и реализуется полный перевод русских школ на латышский язык обучения.

Важно понять, что все это не является случайным эксцессом националистической идеологии — по крайней мере, той ее разновидности, которая возобладала в Прибалтике и на Украине. Нет, это ее главное содержание, ее сокровенный смысл. На территории, которую националисты считают своей, «другой» имеет право на существование только в виде фольклорного коллектива, а еще лучше, чтобы его вообще не было. Чтобы в память о его пребывании остались только мемориальные таблички на стенах домов и экспонаты в музеях.

Для бандеровцев жители Донбасса — «другие», «чужие», это совершенно очевидно и по их риторике в духе «хороший колорад — мертвый колорад», и по бесчеловечным методам ведения боевых действий. При этом ни малейшего опыта имперского управления у бандеровцев нет, и нет никакого желания учиться. Они даже не борются за симпатии местного населения, вот что бросается в глаза! Не ищут какой-то промежуточной компромиссной позиции, за которую можно зацепиться. Вообще не ищут политического решения, только силовое. Политическую работу невольно (и с иными целями, разумеется) выполняет за них администрация президента РФ, тасуя кадры ДНР/ЛНР, оттесняя самых дерзких и неуправляемых, продвигая более гибких и покладистых, и т. д. А какой месидж получают жители Донбасса от Киева? Стань «настоящим украинцем», патриотом единой Украины или умри, исчезни, сгинь! Предугадать реакцию на такой ультиматум несложно.

Фото: EPA/ ТАСС